Cпойлер(щелкните, чтобы прочесть):

НЕКРОМАНТ. НАЧАЛО ПУТИ.
Трескучий Нордмарский мороз, казалось, к полудню только крепчал, а яркое зимнее солнце, отражаясь от снежного покрова холмов, слепило глаза. Поднимаясь по тропинке, ведущей в гору к самой ее вершине, закутанный в меха мужчина держа за руку вел за собой мальчика лет десяти, с выглядывающими из под материй, закутывающих лицо, голубыми как самый чистый лед, глазами.
За ними плелись два сопровождающих охранника, вооруженных алебардами и что-то тихо бормотали себе под нос, потирая раскрасневшиеся от мороза носы и щеки.
Там, на вершине горы, куда путников вела дорога, стоял старый монастырь Инноса, а его стены, неподвластные времени, гордо возвышались над ледяной долиной.
Добравшись до монастырских ворот, мужчина трижды постучал кулаком. Приоткрылось смотровое окошко и пара любопытных глаз вперилась в новоприбывших. Лязгнул засов и ворота монастыря со скрипом приоткрылись. Мужчина, увлекая за собой мальчика, скользнул внутрь, и два охранника, словно опасаясь, что их не пустят за порог и оставят стоять на морозе, поспешно устремились за ними.
Как оказалось, настоятель монастыря, верховный маг, уже ждал путников, а посему, накормив их монастырской стряпней и позволив им немного передохнуть с дороги, прибывших препроводили к нему в заставленную книгами, и валяющимися по углам рукописями и свитками комнату, с потрескивающим в камине огнем. Извинившись за беспорядок, сославшись на сильную занятость в последнее время, маг указал на скамью, приглашая гостей присесть. Мужчина сел, с любопытством посматривая по сторонам, а мальчик словно застыл в центре комнаты, беззастенчиво изучая мага взглядом. Однако маг, казалось, вовсе не придал этому значения.
- Итак, вы из Миртаны. Я получил ваше письмо, - начал маг. – Соглашусь, что история не совсем обычная, и, если не возражаете, я бы хотел услышать ее еще раз из ваших уст. Есть несколько моментов, какие я хотел бы уточнить, но лучше пойти по порядку с самого начала, дабы исключить возможную сумбурность в последующих выводах.
- Как вам будет угодно, - кивнул мужчина. – Пожалуй, начну с того, что мы с Элизой давно хотели ребенка, но все как-то не складывалось, что порой заставляло нас подозревать некоторые проблемы со здоровьем… Надо ли говорить, как мы обрадовались, когда Элиза наконец забеременела…


- Это обязательно будет мальчик, - говорил торговец улыбаясь. – Который впоследствии станет могучим воином и покажет всем врагам Миртаны!
- А если девочка? – улыбнулась ему в ответ жена.
- Но-но-но, не каркай! – шутливо ответил торговец, и обнял жену. – Тогда это будет как минимум королева! Невиданной красоты! Как ты у меня!
- Последнее время дела у меня идут неплохо, - продолжал торговец. – В этом месяце я продал немало товара, особенно хорошо идут мечи и стрелы, как будто приближается какое-то нехорошее время. И охотники все чаще пропадают в лесах… Но да ладно, нам ведь не стоит грустить. Сегодня накроем стол и пригласим гостей – надо отметить это событие – подумать только, у нас наконец будет ребенок! А потом я закажу плотнику самую лучшую кроватку для малыша из самого лучшего дерева, и куплю для него самые лучшие игрушки, какие только найдутся в этом городе….

- Я очень сожелею, - сказал вышедший и комнаты лекарь с опущенной головой. – Я сделал все, что мог.
- Элиза, Элиза! – торговец кинулся в комнату и прильнул к уже бездыханному телу жены. – Почему, почему? О Иннос! А мой сын? Мой ребенок?
- Пока жив, - промолвил помогавший лекарю маг. – Лечащее заклинание, что я наложил, пока удерживает в нем жизнь, но вот надолго ли, покажет только время. Осложнения при родах были слишком тяжелыми. В общем, если он протянет эту ночь, возможно и обойдется. Буду с вами откровенен, шансов не слишком много, однако не стоит терять надежды. Я помолюсь за него Инносу.
Торговец разрыдался от отчаяния и схватился обеими руками за голову.
Маг сочувствующе смотрел на него некоторое время, затем тихонько удалился.

Отец посмотрел на сына, затем украдкой, чтобы тот не заметил, покачал головой. Мальчику было уже семь и отец пытался приспособить сына помогать ему в торговой лавке. Однако, у того, за чтобы он не взялся, все валилось из рук. Даже такое элементарное поручение, как подать молоток с торгового стеллажа чуть было не обернулось трагедией. Подставив табуретку и потянув молоток, сын ухитрился зацепить банку с гвоздями, которая с грохотом упала на пол, и гвозди разлетелись по всем углам лавки. Сам же он от неожиданности и испуга упал с табуретки и со стопроцентной вероятностью отбил себе мягкое место. Подобные вещи случались зачастую, а посему отец, вздыхая, только изредка поручал ему относить товар заказчику на соседнюю улицу. Впрочем, нельзя было сказать, что сын расстраивался по этому поводу, он вообще за любую работу, поручаемую отцом брался без особого энтузиазма, и вовсе не потому, что был ленив, а попросту ему было это совершенно неинтересно, и казалось лишь пустой тратой времени.
Однажды юнец, роясь в отцовском чулане нашел старинный сундук, стоявший там с бог знает каких времен. Торговец и сам и не знал, что в нем, а посему с любопытством сломал на нем замок. В сундуке оказались всего лишь книги и рукописи, повествующие о давних героях Миртаны, различные былины и предания, повествования об истории королевства, и даже нашлась рукопись, повествующая о войне богов, когда Иннос и Белиар сражались между собой, постепенно подводя этот мир к пропасти.
Мальчика все это чертовски заинтересовало, и хоть он пока совсем не умел читать, целыми днями он мог сидеть в чулане и разглядывать множество картинок и набросков, сопровождающих рукописи и старые свитки.
Так как в лавке от него было больше вреда, чем пользы, отец не мешал новому увлечению сына и в свободные часы помогал ему осваивать грамоту. Паренек схватывал буквально на лету, и уже буквально через неделю мог читать по слогам.
Становилось очевидным, что воина, как о том мечтал отец, из ребенка не получится, а вот склонность к труду умственному вырисовывалась совершенно четко. Соседские мальчишки, то просто хулиганившие, то затевающие какую-то игру, вооружившись деревянным подобием оружия, поднимавшие пыль и шум на всю улицу не раз звали паренька к себе в игру. Да и отец не раз предлагал ему пойти порезвиться, как это делают все дети в его возрасте. Но мальчишке это было неинтересно, и каждый раз он отвечал отказом на такие предложения. Если отец каждый раз беспокойно вздыхал, ссылаясь на волю Инноса, соседские мальчишки восприняли очередной отказ как некое оскорбление.
Однажды, когда отец ждал поставки товара и не мог отлучиться из лавки, а было необходимо доставить заказанный товар в рыбный магазин, и он отправил сына с поручением, тщательно замотав товар в тряпки, а то был набор ножей, предназначавшихся для чистки рыбы.
Водрузив ношу под мышку, мальчик неспешно направился в портовый район, где находился магазин. Хулиганистые мальчишки, заметив, как птичка выпорхнула из-под отцовского крылышка, решили преподать ему урок за причиненные обиды, а попросту говоря за то, что он не такой как они. Поймав его в глухом переулке, они думали избить его палками, но что произошло на самом деле, оставалось неясным. После случившегося они находились в состоянии шока, и никто не мог ничего объяснить, а один из них, оставшись заикой, сумел выдавить из себя что-то о колдовстве. Посчитали, что мальчик слишком напуган, вот и мелет всякую чепуху, какое может быть колдовство, у ребенка просто разыгралось воображение, и скорее всего, их напугала соседская собака. Кто-то из более менее сведущих предположил, что вспышка магической энергетики может произойти непроизвольно даже у ребенка, если у него имеется к этому внутренняя предрасположенность, но такое предположение восприняли как сплетню и пустую болтовню. Тем не менее, ножи так и остались торчать в заборе красивой, ровной дугой, а мальчишки стали обходить эту местность за версту.
Прошел еще год, и о том инциденте уже мало кто вспоминал. Мальчик перечитал все книги, найденные в сундуке, и время от времени отец приносил ему новые, что покупал в книжной лавке по соседству.
- Ну, если и не выйдет из него героя, - думал он, - то хоть умным будет, может, устроится в будущем на службу подле короля.
Однако вскоре произошел еще один случай, заставивший отца поволноваться.
После тяжелого трудового дня в своей лавке, он вечером решил немного расслабиться в кабаке, и, вернулся домой поздно, когда сын уже должен был давно спать. Перед тем как лечь самому, он решил удостовериться что все ли в порядке, ну или может ему просто захотелось взглянуть на сына, ведь он так похож на свою мать… Каково же было его удивление, когда сына в кровати он не обнаружил. Свет луны, пробивавшийся в окно, давал неясную картину, и отец зажег свечу.
- Что, черт возьми… - пролепетал он, увидев парящего под потолком сына, и, судя по всему, видевшего сны. Он протер глаза, пытаясь поверить увиденному, а тем временем тело сына медленно опустилось на пол. Отец растолкал его и сын уставился на него удивленным, непонимающим, почему отец его будит, взглядом.
- Видать, хапанул я сегодня лишку в трактире, - пробормотал торговец и, велев сыну спать, побрел в свою комнату.
Жизнь продолжилась своим чередом, и отец помышлял уже вскоре отдать сына на обучение наукам в какой-нибудь храм, немного даже отчасти и от того, что ему порой становилось страшно. Сегодня он опять увидел диво, когда сын, помогая отцу и неся свернутый палас, задел эти самым паласом шкаф, на котором стояла красивая амфорная ваза. Но вместо того, чтобы упасть и разбиться, ваза, соскочив со шкафа и немного повисев немного в воздухе, поднялась и стала обратно на место.
Отец не решался даже с кем-либо поговорить об этом и спросить совета, опасаясь, что его сочтут сумасшедшим. Вскоре он припомнил, что в городских предместьях живет женщина, пользующаяся в народе, в общем-то, дурной славой. Поговаривают, что она злая ведьма, накладывающая на людей проклятья. Однако если кому-то плохо или кто-то тяжело заболел, они непременно идут к ней, ведь услуги местного лекаря не каждому по карману. Так же время от времени к ней забегают молодые девицы, погадать и кто знает, возможно, и приворожить суженого.
Торговец, рассудив, что в принципе он мало что теряет, а делать что-то надо, прихватив сына и мешочек с монетами, отправился в колдунье. Не дождавшись какой-либо реакции на стук в дверь, торговец осмелился зайти к ней без приглашения. Та, казалось, заснула сидя в кресле. Торговец осторожно приблизился и попытался тронуть ее за плечо, но она внезапно распахнула глаза и торговец, слегка испугавшись, отпрянул назад.
Колдунья жестом пригласила гостей сесть.
- Чувствую магию, - хрипло сказала она. – Молодой человек, подойдите ко мне.
Сын застыл в нерешительности, и отец легонько подтолкнул его в спину. Мальчик медленно приблизился к ведьме.
- Да, определенно, - заключила она, проделав какие-то странные манипуляции руками в воздухе. – Этот мальчик важен, несомненно, - как бы себе пробормотала она, продолжая гонять руками воздух вокруг паренька.
- Но что нам делать? – спросил отец, и пересказал ей то, что ему доводилось видеть. – Честно говоря, я немного побаиваюсь.
- А, что? – будто выйдя из транса встрепенулась ведьма. Посмотрев на отца и опустив руки, она обратилась к нему:
- Вот, что скажу я вам: внутри этого молодого человека заложена сила. Магическая. Пока трудно сказать насколько большая. Важнее всего то, куда это сила будет направлена впоследствии: во благо или в погибель, но это решать только ему самому. Сам он пока не может ее контролировать, но кто-то должен научить его этому.
- Но у меня в роду не было никого с магическими способностями, и, насколько знаю, у моей покойной жены тоже. И кто может его научить? Вы?
- Я? Нет. Я всего лишь ведунья и травница. Возможно, маги смогут вам помочь. А силу он мог получить будучи еще в чреве или сразу после рождения, при контакте с каким-либо сильным заклинанием, которое не только не улетучилось со временем, а наоборот, вопреки законам природы, сохранилось и накапливалось в его теле в виде энергии. Порой, сильный эмоциональный всплеск, может дать ей выход.
- Когда он родился, был один маг, знакомец местного лекаря, который уже давно отсюда съехал. А так магов в нашем городе и не бывает, сами, должно быть, знаете. При дворе короля их найти можно, до только не пустят меня туда, нечего об этом и думать. А уж тем более, кто из них возьмется обучать сына?
- Есть в Нордмаре монастырь Инноса, куда как я слышала, порой принимают послушников. Лучше их предупредить, поэтому напишите письмо, и приготовьте щедрое пожертвование монастырю. Письмо я отправлю птичьей почтой, а пожертвование передадите, как только прибудете в монастырь. Да-да, собирайтесь и отправляйтесь как только сможете, нечего тянуть. Оденьтесь потеплей, слыхала я, холодно в Нордмаре. И полно диких тварей, так что лучше нанять сопровождение. В Нормар лучше всего идти через Фаринг, там же спросите дорогу к монастырю, но на вашем месте я бы наняла проводника или купила карту.
«Очень даже хорошо, если так получится отдать сына на воспитание и обучение, и мне спокойней будет - думал отец, – правда чувствую, ударится мне это, как бы лавку не пришлось продавать, но и Белиар с ним, деньги – это дело наживное, главное, не лениться».
Поблагодарив ведунью и отдав ей приготовленный мешочек, торговец согласился с ней, что и впрямь тянуть нечего, а потому начал сборы.


- То, что вам приходилось наблюдать, называется телекинезом, - объяснил верховный маг. – Самое поразительное то, что нам, магам, подвластна только рунная магия и свитки, а мальчик, насколько я могу судить, не использовал ни того и не другого. Такое случается очень и очень редко и, похоже, действительно, выброс энергии происходил под действием каких-то сильных эмоций, вероятней всего тревоги и страха. К сожалению, знание о магии без использования рун давно утеряно.
К счастью, телекинез – еще не самое опасное заклинание, а то последствия могли быть непредсказуемыми. Да, вы поступили верно, приведя его к нам, и мы с радостью возьмем его в послушники, здесь он будет работать и учиться, а ваше пожертвование монастырю… что ж, я считаю его больше чем достаточным. Вы же можете воспользоваться нашим гостеприимством и отправиться в обратный путь когда сочтете нужным.
Мужчина согласно кивнул, а мальчик все так же смотрел на мага, но лицо его не выражало никаких эмоций. Однако за маской полного равнодушия уже шла тщательно скрываемая от посторонних глаз и умов борьба, борьба светлого и темного, где понятия о каких-то ценностях были весьма размыты и, пожалуй, лучшим исходом для этой борьбы было бы перемирие. Пока что.